Одни автомобили становятся известными благодаря победам, другие — благодаря своим владельцам. McLaren F1 GTR сумел объединить и то и другое. Машина летала по легендарной трассе «24 часов Ле-Мана», а с 1999 года принадлежит барабанщику Pink Floyd Нику Мейсону. В августе аукционный дом Sotheby’s выставит на торги в Монтерее один из самых узнаваемых гоночных McLaren в истории. Его предварительная оценка превышает 35 миллионов долларов.

Хотя все 28 построенных McLaren F1 GTR считаются настоящими реликвиями, шасси 10R занимает среди них особое место. Причина — не только эффектная красно-желтая ливрея в стиле поп-арт, но и уникальная история автомобиля.

McLaren завершила строительство шасси 10R в декабре 1995 года. Это был первый из девяти экземпляров, созданных по усовершенствованной спецификации сезона 1996 года, а также один из двух прототипов с укороченным задним крылом. Машина использовалась заводом как полноценный испытательный образец и остается единственным GTR, сохранившим оригинальную заводскую окраску.

Самая яркая глава биографии болида пришлась на весну 1996 года, когда во время официальных тестов перед «24 часами Ле-Мана» за его руль сел гонщик Дэвид Брабхэм, выступавший за Kokusai Kaihatsu Racing. Благодаря улучшенной аэродинамике и облегченной коробке передач эта версия считается самой быстрой и желанной среди F1 GTR. Более того, именно F1 GTR стал последним абсолютным победителем «…Ле-Мана», созданным на базе серийного дорожного автомобиля класса GT.

После завершения гоночной карьеры автомобиль приобрел Ник Мейсон — не только музыкант Pink Floyd, но и пятикратный участник марафона «24 часа Ле-Мана». В 1999 году McLaren переоборудовала машину для дорог общего пользования, присвоив ей британский номер K40 MCL. Позднее обслуживание доверили специалистам Lanzante — той самой мастерской, которая работала с командой-победителем гонки 1995 года. Именно они восстанавливали машину после повреждений, полученных в 2009 и 2017 годах.

Благодаря бережному отношению Мейсона шасси 10R сохранилось в превосходном состоянии. Поэтому новый хозяин получит не просто редчайший раритет истории автоспорта, а полностью исправный автомобиль, ставший одним из символов золотой эпохи гонок GT.